Газета "Коммерсант" - Ничего в обмен на поставки оружия Россия не требует

04 декабря 2012

Премьер Киргизии о военно-техническом и экономическом сотрудничестве с РФ

Новый глава кабинета министров Киргизии ЖАНТОРО САТЫБАЛДИЕВ рассказал „Ъ“ о том, зачем киргизской армии $1,1 млрд от РФ и почему Бишкек вновь обратился за кредитом в Антикризисный фонд ЕврАзЭС.

— „Ъ“ недавно сообщал, что РФ намеревается потратить $1,1 млрд на перевооружение киргизской армии. По чьей инициативе были достигнуты эти договоренности?

— Киргизия до этого получала в виде помощи от РФ в основном военный автотранспорт. Но наша армия нуждается в полном перевооружении. Киргизские солдаты до сих пор пользуются оружием, оставшимся с советских времен. О конкретных деталях по поставкам оружия говорить рано. На саммите ОДКБ 19 декабря состоится встреча двух президентов — Владимира Путина и Алмазбека Атамбаева. На ней, видимо, и будет подробно обговариваться практическая сторона дела.

— Должна ли будет Киргизия что-то сделать в обмен на поставки оружия и расширение программ обучения киргизских военных в российских вузах?

— Нет. Ничего в обмен на поставки оружия РФ не требует. Взять хотя бы переговоры по военному заводу „Дастан“. Мы договорились с Россией, что этот завод выставляем на продажу. В торгах может участвовать любая заинтересованная сторона. И здесь РФ не ставит нам дополнительных условий.

— На какой срок рассчитана эта программа? И какова ее глобальная цель?

— Это долгий процесс. В первую очередь нам нужно укрепить границы. Ведь по большому счету наши границы являются южными рубежами СНГ и ОДКБ. В их надежности заинтересована не только Киргизия. Это и есть глобальная цель. Воевать мы ни с кем не собираемся.

— В Москве не скрывают, что одной из целей программы является ограничение влияния США в Центральной Азии, и в Киргизии в частности. Если РФ вложится в перевооружение киргизской армии, откажется ли Бишкек от американской военной техники, вывозимой из Афганистана?

— Такое предложение (от США.- „Ъ“) поступало. Но конкретных переговоров с НАТО мы не вели. Нам ведь не дают новую технику, только бывшую в употреблении. А с российских же заводов мы надеемся получить новейшее оружие. К тому же наши военные знают и умеют обращаться с российским оружием. В противном случае солдат придется переучивать. Зачем нам лишние проблемы? Неизвестно еще, что будет в Афганистане после 2014 года. Американцы пока, похоже, сами точно не знают, что из военного оборудования будут вывозить, а что оставят. Потому конкретный перечень оружия они и не предлагали.

— На предстоящей сессии Совета коллективной безопасности ОДКБ Киргизия примет от Казахстана председательство в организации. Какие задачи ставит себе и организации Бишкек на 2013 год? Будет ли Киргизия предпринимать усилия по реинтеграции Узбекистана в ОДКБ?

— ОДКБ нуждается в реформах. Она должна стать более мощной и мобильной, способной адекватно реагировать на угрозы. В первую очередь в укреплении нуждаются южные рубежи. Подразделения стран ОДКБ должны чаще проводить совместные учения. Все решения должны приниматься оперативно.

Узбекистан свою позицию по отношению к ОДКБ выразил. Мы не можем и не должны настаивать на пересмотре их заявления о выходе. Двери в ОДКБ для Узбекистана всегда будут открыты.

— Когда Киргизия представит концепцию переформатирования „Манаса“? Можно ли уже сейчас раскрыть какие-то подробности этой концепции?

— Это будет чисто гражданский порт. Рабочая группа уже подготовила концепцию дальнейшего развития „Манаса“. В ближайшее время мы ее обнародуем. „Манас“ будет иметь свой спутник-аэропорт. В этом качестве будет предложен аэропорт города Ош. В реконструкции „Манаса“, возможно, будут участвовать Россия и Турция.

— Но военных подразделений в „Манасе“ не будет?

— В военных целях „Манас“ после 2014 года использоваться не будет.

— На какой стадии находятся переговоры о вступлении Киргизии в Таможенный союз?

— Политический раунд переговоров уже завершен. Сейчас мы дорабатываем технический регламент. Надеюсь, что к концу 2013 года Киргизия войдет в Таможенный союз. Такую задачу мы поставили перед ответственными за этот процесс министерствами и рабочей комиссией. Вопрос теперь в другом. Готовы ли страны-члены Таможенного союза принять Киргизию в свои ряды?

— Еще в августе 2011 года Киргизия вступила в Евразийский банк развития (ЕАБР), однако формальности до сих пор не завершены и банку не дают открыть представительство в Бишкеке. Почему?

— Руководство ЕАБР потребовало для работников своего филиала статуса дипломатической неприкосновенности. Мы выполнили эту просьбу. В самое ближайшее время вопрос с открытием банка будет снят с повестки дня.

— Киргизия будет вновь поднимать вопрос о выделении $106 млн из Антикризисного фонда ЕврАзЭС, курируемого ЕАБР?

— Нет. В прошлом году мы просили эти средства на поддержание бюджета, но так их и не дождались. Сейчас мы ставим вопрос о выделении $160 млн на три конкретных проекта. Около $100 млн нужно для окончания строительства стратегической трассы Бишкек-Ош, $30 млн на организацию лизинговой компании для сельского хозяйства и еще $30 млн на создание условий для приграничной торговли с нашими соседями.

— Некоторые эксперты говорят, что, вкладывая значительные суммы в гидроэнергетические проекты в Киргизии, РФ стремится укрепить свое геополитическое влияние в регионе и заполучить своего рода „вентиль“, который можно будет перекрывать в ту или иную сторону при необходимости. Вы такие опасения испытываете?

— Нет. Киргизия и сейчас контролирует свои водные ресурсы. Для этих целей еще при СССР было сделано Токтогульское водохранилище, которое вмещает 20 млрд кубометров воды. Камбарата-1 будет иметь водохранилище всего на 4,5 млрд кубометров воды. Строительство Камбаратинской ГЭС и 4-х ГЭС верхненарынского каскада для РФ и Киргизии — чисто экономический проект. Большая часть электроэнергии с этих ГЭС будет уходить на экспорт. Уже сейчас мы ведем переговоры с потенциальными покупателями.

Вернуться к списку