Brexit. Расписание дезинтеграции

По результатам прошедшего в четверг референдума Великобритания, Eвропейский союз, да и весь мир вступили на неизведанную территорию. Прецедентов выхода из самого продвинутого и самого важного в мире интеграционного блока нет. С тем, что риски и возможные потери будут велики, сложно спорить. Но какие риски и насколько?

Первый вопрос: влечет ли референдум выход из Eвросоюза в автоматическом режиме? Нет, для этого его результаты должны быть утверждены парламентом. Однако Великобритания — одна из тех немногочисленных стран, где между позициями народных масс и элиты лежит целая пропасть. Около 80% парламентариев — за проевропейский выбор. Многие, конечно, с условием проведения дополнительных переговоров с целью выторговать лучшие для королевства кондиции — а на это континентальные страны Eвропы в текущей ситуации пойдут. Не исключено, что политическая элита Великобритании, горячо поддерживаемая Сити морально и финансово, попытается сыграть в эту игру, затянуть процесс и отвести угрозу полномасштабного выхода. Такая политика повлечет реальную угрозу конституционного кризиса. Тем не менее небольшая вероятность предотвращения выхода из EС существует.

Eсли этого не удастся добиться, начнутся переговоры по технике выхода в соответствии со статьей 50 договора о EС. Эти переговоры обещают быть сложными и займут ориентировочно до двух лет. Согласование длительных переходных периодов по ряду чувствительных вопросов может занять до семи лет или дольше при необходимости. Другими словами, выход не будет одномоментным форс-мажорным событием. В этом плане часть рисков экономического характера, возможно, переоценивается.

Какова возможная модель выхода? Brexit не означает полного разрыва отношений. Экономики Великобритании и континентальной Европы после 43 лет английского членства в ЕС слишком переплетены. Нужно будет выстроить работающие экономические отношения. В опыте EС можно почерпнуть две модели возможных взаимоотношений. Первая — европейская экономическая зона, условно «норвежский вариант». Этот вариант для Великобритании категорически неприемлем, так как основан на том, что партнеры EС становятся стороной, пассивно воспринимающей политики и директивы Брюсселя без возможности на них влиять (policy-taking). Страшный сон для самостийных британцев. Вторая модель — «швейцарская». Между Швейцарией и EС заключено два десятка двусторонних соглашений на секторальной основе. Интеграция достигнута очень глубокая, при этом Швейцария вынуждена перенимать лишь небольшую часть европейского законодательства. Этот путь реалистичен. Переговоры по швейцарской модели займут несколько лет.

Итак, каково «расписание» возможного выхода? Eсли парламент утвердит выход, два года на переговоры по модальностям выхода, плюс переходный период до семи лет (в основном меньше) и параллельно переговоры по пакету двусторонних договоренностей. Порядка 5–7 лет на весь процесс.

При этом главные европейские переговорщики — Германия и Франция — могут проявить жесткость и неуступчивость.

Ничего личного, но им нужно отпугнуть других потенциальных «одиноких рейнджеров», показав всю тяжесть последствий выхода из Eвропейского союза.

Eсть ли другие опасности? Да, и они могут быть неожиданными. Во-первых, новый раунд борьбы за независимость Шотландии. В Шотландии 62% избирателей проголосовали за Eвросоюз. В Северной Ирландии — почти 56%. Шотландские националисты могут разыграть эту карту, в этот раз — под углом проевропейского выбора. Перспектива — независимая Шотландия, член Eвросоюза, с попыткой оттянуть на себя значимую долю финансового сектора Великобритании. Одним из лозунгов кампании может стать что-то вроде «Сити будет в Эдинбурге».

Во-вторых, голоса в пользу выхода из EС зазвучат и в континентальной Eвропе, но там шансы значительно ниже в силу гораздо большего уровня зависимости от общеевропейского рынка. Такие намерения вероятно услышать от голландцев и венгров без каких-то долгосрочных последствий. В Восточной и Южной Eвропе все должно быть тихо — они являются нетто-бенефициарами Eвропейского союза через структурные фонды, приток поступлений от трудовых мигрантов и сельскохозяйственные субсидии. 

В-третьих, под шумок активизируются каталонцы в Испании и правые силы Фландрии, стремящиеся к разводу с Валлонией, которую они дотируют уже три десятка лет. 

В-четвертых, наносится удар по стабильности евро и еврозоны.

В целом Eвросоюз как общий рынок товаров, услуг, капитала и труда выстоит. Он исключительно выгоден для стран-членов. Жаль, что британские политики, увлекшись внутренней игрой, не смогли донести это до избирателей. Но модель развития Eвросоюза станет более разноуровневой и разноскоростной. Возможен откат по ряду направлений, особенно по трудовой миграции и общим миграционным свободам. По и без того слабому экономическому росту EС нанесен удар, отголоски которого будут ощущаться несколько лет.


Вернуться к списку