ЕАБР: К проектам в АПК присматриваемся оторожно (Atameken Business Channel, Казахстан)

Не самый успешный опыта инвестирования в сельское хозяйство вынуждает крупнейший институт развития Евразийского пространства отложить планы по финансированию аграрного сектора и обратиться к привычным проектам добычи полезных ископаемых. Во что нынче выгоднее и интереснее вкладывать деньги и как обстоит ситуация с незадачливым заемщиком «Иволга-Холдинг» abctv.kz рассказал председатель правления Евразийского банка развития Дмитрий Панкин.

– Дмитрий Владимирович, какие отрасли являются наиболее привлекательными для инвестирования в Казахстане с точки зрения Евразийского банка развития?

– Традиционно здесь наиболее интересны добывающие проекты: металлы, железная руда, нефть. Но так как перед Казахстаном стоит задача диверсифицировать свою экономику, мы как банк развития ставим перед собой цель помочь республике с экономическим развитием, чтобы не было акцента только на сырьевой сектор. Для нас очень интересны все варианты несырьевого производства. Потенциально достойны внимания сельское хозяйство и сфера переработки (но на текущем этапе эта отрасль в Казахстане убыточна).

– Есть ли на примете проекты в сельском хозяйстве, которые ЕАБР хотел бы профинансировать?

– У нас было два проекта, но они не закончились ничем хорошим. Например, «Иволга-Холдинг», где общая сумма требований всех кредиторов превысила на настоящий момент 900 млн долларов. И мы не видим ни зерна, ни выплат от заемщика. Наверное, это пример того, как не надо заниматься сельским хозяйством. Там кредитовалась закупка минеральных удобрений для сельского хозяйства. В принципе это задача не банка развития, а коммерческих банков, которые ведут счета и могут выдавать короткие деньги. Банк развития должен работать с инвестиционными проектами. Поэтому мы думаем, что переживем эту ошибку предыдущего руководства банка с «Иволга-Холдинг», а дальше рассмотрим комплексные проекты, например, генерацию электричества за счет солнечных батарей и синхронизацию с системами орошения.

– Как Вы оцениваете ситуацию с «Иволга-Холдинг»? Что будете делать дальше?

– Будем работать в двух направлениях. Сейчас мы судимся, подаем иски и к компании, и к владельцу Василию Розинову, который был поручителем по долгам. Параллельно ведем переговоры по возможности переуступки долга тем, кто планирует в будущем специализироваться на проектах именно в сельском хозяйстве. Посмотрим, какой метод сработает.

– По агропромышленному комплексу вы не видите интересных проектов или пока опасаетесь инвестировать в него?

– Мы, можно сказать, осторожно присматриваемся. Есть проекты. Но готовых, чтобы мы сейчас смогли приступить к их реализации, на рынке нет. Пока все на стадии обсуждения. Может быть, в следующем году, как говорится, выстрелит. Из того, что запустится в ближайшие месяцы, могу отметить проекты в металлургии, энергетике и прочих сферах. В сельском хозяйстве пока ничего нет.

– На полях XIII Форума межрегионального сотрудничества Казахстана и России Вы подписали четыре соглашения на общую сумму почти на 400 млн долларов. Расскажите о них поподробнее.

– Кредитный договор с Соколовско-Сарбайским горно-обогатительным производственным объединением направлен на финансирование поставок железно-рудного концентрата на Магнитогорский металлургический комбинат. Мы открываем кредитную линию на 95 млн долларов. Срок соглашения – четыре года. То есть схема такая: мы выдаем деньги, предприятие отправляет железно-рудный концентрат заказчикам, с ним расплачиваются, они гасят кредит через полгода, мы снова выдаем им деньги. Проект интересный. Нас, конечно, беспокоит высокий уровень долговой нагрузки ERG. Но мы надеемся, что они планируют постепенно его сокращать.

– Другое соглашение – о строительстве завода по производству металлического марганца в Челябинской области. Почему оно подписывается в Казахстане?

– Это в рамках приграничной торговли, предприятие близко к границе Казахстана, к тому же руда закупается в Казахстане у Жайремского ГОКа.


– Будет ли Жайремский ГОК представлять третью сторону в этом соглашении?

– Нет, мы сейчас просто подписываем соглашение с Челябинской областью.

- Каковы условия меморандума с «ИНТЕРСКОЛ»?

– У «ИНТЕРСКОЛ» сейчас есть предприятие в Алабуге, в Татарстане. Они планируют открыть производство в Казахстане и Беларуси. Регионы размещения производственных объектов в этих странах в настоящий момент уточняется проектоустроителями. Так они будут закрывать потребность по своей линейке – пилы, буровые инструменты, электрические инструменты. Мы выдаем кредит на создание производства в Казахстане и Беларуси, немного на рефинансирование их инвестиционных затрат по производству в Алабуге. Предусматривается четыре кредитные линии на 5,6 млрд рублей (примерно 29,8 млрд тенге) сроком до 7 лет. Заводы «ИНТЕРСКОЛ» будет строить самостоятельно. Планируется, что завод построят уже к концу 2017 года. Продукция будет поставляться на рынок Казахстана и других стран ЕАЭС. Надеемся, что она будет конкурентоспособная и более качественная, чем китайская.

– Какие еще проекты разрабатываете в Казахстане?

– Сейчас мы обсуждаем проект по строительству логистического центра под Астаной. Общая площадь 50 тыс. кв. м, из них 25 тыс. кв. м обычные склады, 25 тыс. кв. м – охлажденные. Логистический центр строим с Патохом Шодиевым (ERG). Заемщик Retail Investment Astana. Стоимость проекта 77 млн долларов, мы выдаем 58 млн долларов на 10 лет. Есть два проекта по золоту: месторождение золота «Полиметалл», где финансирование думаем начать в 2017 году и совместное предприятие «Алайгыр» по добыче полиметаллических руд в Карагандинской области. Там сумма составляет 56 млн долларов. Думаю, финансирование начнется в следующем году, срок займа – 7 лет. Еще один проект связан с казахстанской компанией RG Brands, которая собирается расширять производство здесь и покупать предприятие в России. Это очень интересно для нас, когда казахстанская компания покупает бизнес в России. У нас уже действует программа с «КазТрансГаз Аймак» по строительству газораспределительных сетей. Здесь мы получаем фондирование от Нацбанка – регулятор дает нам тенговое фондирование и мы, по согласованию с ним, кредитуем предприятия. По этой программе мы дали «КазТрансГаз Аймак» около 7 млрд тенге, продолжим дальше финансировать. Также финансируем в тенге «Казцинк», «Казахтелеком».

– Есть ли на примете проекты, отличающиеся от уже имеющихся в портфеле, которые ЕАБР готов профинансировать?


– В России есть интересный проект, связанный с производством покрытия для смартфонов (производство монокристаллического сапфира), который мы планируем финансировать. В Казахстане таких высокотехнологичных идей пока не нашли. По телекоммуникационному сектору есть интересные идеи – создание оптоволоконных линий передач. Любопытный проект был с «Казахстан ТемирЖолы» – мониторинг загрузки локомотивов, чтобы можно было централизованно следить, где локомотив, работает или нет, с какой нагрузкой. А из высоких технологий в Казахстане, наверное, можно назвать только проекты по солнечной и ветровой энергетике.

– Как вы оцениваете потенциал проектов, связанных с ВИЭ?

– У меня было скептическое отношение к этой отрасли, полагал, что тут больше шума и в основном все держалось на субсидируемых тарифах, льготах для такой электроэнергетики. Но надо отметить, в последние годы произошли большие изменения в технологии и ее себестоимости, в частности, качественное снижение стоимости панелей. И уже сейчас затраты на производство электроэнергии на солнечных батареях, либо на угольной станции становятся сопоставимы. Я вижу, что этот прогресс технологий приведет к тому, что они станут экономически эффективными. В этом случае, не исключено, что можно будет достичь и 50%-ной доли ВИЭ в общей массе производимой энергии. Прогресс технологий – это главный вопрос. Нельзя забывать и об экологических нормах. Зимой посмотришь на Астану и видишь дым от станций. Понятно, что есть многие регионы, которые держатся на производстве угля. Но все-таки нужны более жесткие экологические нормы, чтобы себестоимость электроэнергии на угле была дороже.

– Как вы делите проекты с другими банками развития? Многие из них жалуются на отсутствие хороших проектов.


– Проектов мало, согласен. С одной стороны, да, есть определенная конкуренция – кто первым зайдет, кто сможет довести проект до стадии финансирования. Но с другой стороны, нам интересно делить с ними риски. Если это крупный проект, то мы часто приглашаем тот же Банк развития Казахстана (БРК), чтобы они поучаствовали в проекте и взяли на себя какую-то часть риска. – И много таких проектов? – Сейчас с БРК мы обсуждаем два проекта. По заводу «Азия Авто» и модернизации Экибастузской ГРЭС. Пока все на стадии переговоров.

– Насколько много в Казахстане интересных проектов в сравнении с другими странами ЕАЭС?

– Шаги делаются в правильном направлении. Надо создать нормальный инвестиционный климат, инвестировать в инфраструктуру – дороги, коммуникации, образование. И тогда можно будет говорить об интересных проектах. Казахстан достаточно динамично развивается. Беларусь тоже находится в поиске возможностей инновационного развития. У России это происходит тяжелее за счет слишком большой доли энергоресурсов в экспорте. Сейчас экономике необходимо строительство более эффективного добывающего производства, модернизация нефтепереработки, нефтепроводов. Поэтому в России на развитие инновационных технологий уходит незначительная часть средств. * В 2016 года Евразийский банк развития обратился в суд с просьбой признать «Иволга-Холдинг» банкротом. Компания получила в 2014 году заем от банка развития на сумму 80 млн долларов и постоянно допускала просрочку по выплатам. В апреле 2016 года счета генерального директора и собственника «Иволга-Холдинг» Василия Розинова были арестованы, а ему самому было запрещено покидать пределы Казахстана.


Источник: Atameken Business Channel (интернет-портал, РК)


Вернуться к списку