Газета «Курсив». «Тесные интеграционные процессы значительно улучшат торгово-экономические взаимоотношения стран ЕврАзЭС»

30 июня 2011

Евразийский банк развития создан как локомотив финансовой инфраструктуры, нацеленный на реализацию крупных интеграционных и трансграничных процессов в финансово-экономической сфере стран-участниц. О перспективах развития и финансируемых проектах на территории Казахстана, о сотрудничестве с мировыми финансовыми институтами, о возможностях внедрения резервной валюты в рамках Таможенного союза рассказал «Къ» заместитель председателя правления Евразийского банка развития Сергей Шаталов.

 Сергей Иванович, как Вы оцениваете инициативу Нурсултана Назарбаева, озвученную на экономическом форуме в Петербурге, когда он говорил о необходимости введения новых критериев мировой валюты, критериев законности, демократичности и прозрачности, критериев контролируемости эмитента мировой валюты и критериев ответственности эмитента мировой валюты?

 Мне представляется, что инициатива главы государства находится в русле тех крупных стратегических идей, которые Нурсултан Абишевич выдвигал с момента провозглашения независимости Казахстана, идей, которые формируют не только стратегию страны и формат ее отношений с соседями, но и стратегию реформы глобальной финансовой системы. Глобальный финансовый кризис 2008 года показал, что ряд фундаментальных элементов мировой финансовой системы недостаточно эффективен. Действительно, у нас есть несколько мировых резервных валют, как мы знаем, роль резервной валюты в разное время выполняли денежные единицы разных стран — до доллара был фунт стерлингов; в роли резервного актива выступали золото и серебро. Все эти инструменты, призванные обеспечивать стабильность международных финансовых отношений, имеют как преимущества, так и недостатки. Очевидно, что, если в структуре международных резервов доминирует одна валюта, эмитентом которой является одна страна, то понятно, что эмиссия национальной валюты — суверенное дело этой страны, и вполне естественно, что увязать интересы эмитента и интересы всей мировой экономики — достаточно сложно.

Принципы, обозначенные Нурсултанов Назарбаевым в выступлении на форуме — это фундаментальные принципы, на которых только и может строиться система международного экономического сотрудничества. Разумеется, этого сотрудничества может и не быть — если оно не будет прозрачным, понятным и взаимовыгодным для всех участников рынка, и если оно не будет обладать потенциалом гасить колебания конъюнктуры рынка, которые пару лет назад нанесли серьезный ущерб экономикам всех стран, независимо от их ресурсной базы. Насколько реализуема эта инициатива — покажет время. Она очень хорошо укладывается в русло работы, ведущейся рабочими группами G8 и G20 по реформированию международной финансовой архитектуры, с учетом тех уроков, которые преподал нам финансовый кризис. Эти рабочие группы занимаются именно проблематикой перетока спекулятивных капиталов, проблематикой управления мировыми резервами. Инициатива Назарбаева — не случайна, она глубоко продумана, и представляется, что у нее — долгое будущее.

 Какова вероятность создания резервной валюты в рамках Таможенного союза или ЕврАзЭС?

 Я сошлюсь на недавние дискуссии по этому вопросу, имевшие место на экономическом форуме. В первую очередь, любая валюта, претендующая на роль резервной, должна быть предсказуемой. Эмпирически доказано, что предсказуемость экономического роста, инвестиционного процесса достигается, когда инфляция падает ниже маастрихтского критерия в 3%. Этот критерий, выбранный в свое время странами Евросоюза, не случаен. Дело в том, что даже когда инфляция однозначна и находится в пределах каких-то конкретных цифр, но все-таки повышена, это существенно ослабляет планирование инвестиционных потоков. Планирование и прогнозирование монетарной политики в части управления платежным балансом и политики управления резервами страны значительно облегчается, когда инфляция падает ниже 3%. Я думаю, пока рано говорить о том, что какая-то валюта стран ТС может выполнять роль резервной, так как стабильность этой резервной валюты можно обеспечить только за счет низкой инфляции.

Тем не менее, я допускаю возможность использования определенной валюты в качестве резервной для отдельной группы государств. Как вы знаете, в начале 90-х годов в пределах СНГ была так называемая «рублевая зона», то есть рублем в качестве средства международных расчетов пользовались более десяти стран. В настоящее время в системе международных расчетов расширяется роль юаня. Я вполне допускаю, что Китай также надеется увидеть юань в роли резервной валюты. Тем не менее, даже для Китая, который развивается темпами, сопоставимыми с темпами Казахстана, а Казахстан на протяжении последних лет показывал очень впечатляющие темпы, даже для Китая эта задача — довольно сложная.

Волатильность экономик стран, опирающихся в основном на экспорт сырьевых ресурсов, — а это касается как России, так и Казахстана — отражается, соответственно, на национальных валютах. Я считаю, что развивающиеся страны должны проявлять больший консерватизм в проведении денежно-кредитной и бюджетной политики, в отличие от развитых стран, экономики которых очень диверсифицированы, и диапазон отраслей, обеспечивающих их экономический рост, насчитывает не один десяток. Еще один важный момент заключается в том, что резервная валюта должна выпускаться страной, размеры экономики которой достаточно значительны. Дело в том, что, когда на роль резервной претендует валюта страны, обеспечивающей основные объемы производства и товарооборота внешней торговли, это означает, что для расчета с этой страной ее валюта может быть привлекательной в большей степени. Резервная валюта отличается от национальной прежде всего тем, что взаиморасчеты в торговле в этой валюте можно вести не только с ближайшими соседями, но и со странами дальнего зарубежья.

Однако, если говорить, к примеру, о рубле, то российская экономика в масштабах мировой экономики — недостаточно крупна и недостаточно диверсифицирована. Сложно представить, что в тех же рублях можно вести расчеты с какими-либо третьими странами. В перспективе вероятным представляется создание некоей резервной валюты для отдельной группы государств, но, опять же, для ее создания необходимо обеспечить снижение инфляции и осуществлять продуманную кредитно-денежную политику. В этом ключе и Казахстан, и Россия в последнее десятилетие проводят очень ответственную и консервативную монетарную и фискальную политику, за счет чего они добились последовательного снижения инфляции.

 Сергей Иванович, какие ключевые направления в региональной экономической интеграции Вы можете выделить?

 Мне представляется, что за последние три года интеграционные процессы набрали хорошие темпы, что объективно диктуется потребностями антикризисного стимулирования экономик, потому что вместе легче бороться с последствиями кризиса. Наиболее тесные интеграционные процессы идут в рамках Таможенного союза. К первой годовщине Таможенного союза можно уже подводить некоторые итоги его деятельности, и можно ставить вопросы о его долгосрочных выгодах и перспективах. Эти выгоды связаны с тем, что возник более объемный рынок, был получен сравнительно недорогой доступ к сырью и упростились таможенные процедуры, которые вышли на внешнюю границу. Таким образом, для производителей-экспортеров трех стран обеспечены более привлекательные условия ведения бизнеса: более емкий рынок открывает перед ними широкие перспективы.

Очень важным является подписание представителями трех государств Таможенного союза пакета из 17 документов по Единому экономическому пространству (ЕЭП), поскольку этими документами устанавливается координация политики всех трех стран — монетарной политики, бюджетной политики, макроэкономической политики. Это позволит снизить волатильность экономик, использовать более действенные механизмы борьбы с кризисом, позволит повысить предсказуемость инвестиционной среды наших государств, что, в свою очередь, скажется на повышении привлекательности наших экономик — как для национальных, так и для зарубежных инвесторов.

Экономическая интеграция является важным шагом для стран Таможенного союза на пути укрепления торгово-экономических связей. К примеру, Беларусь проявляет очень высокий интерес к интеграционным процессам, видя в них реальный шанс, позволяющий укрепить конкурентоспособность экономики страны. В этой части прошедшая девальвация белорусского рубля очень сильно укрепляет позиции белорусских экспортеров. Девальвация была неизбежна, так как на протяжении нескольких лет сохранялся большой дефицит платежного баланса и необходимо было восстановить равновесие между импортом и экспортом.

Когда я работал представителем Всемирного банка в Казахстане правительство страны обращалось к Всемирному банку за рекомендациями по антикризисному регулированию; программа антикризисного стимулирования Казахстана была, пожалуй, самой большой в мире, в доле от ВВП. Но дело в том, что такие программы антикризисного стимулирования должны быть обеспечены реальными ресурсами и, что очень важно, они должны поддерживать эффективные и конкурентоспособные производства. Если вы субсидируете производства по отраслям, то вы должны стимулировать те производства, которые имеют наибольший шанс победить в конкурентной борьбе с другими производителями, из других стран. Если субсидии предоставлять всем, то те производства, которые распорядятся этими ресурсами неэффективно, так и не улучшат своих показателей, в то время, как эффективно работающий производитель будет улучшать качество своей продукции, расширять ассортимент товаров и услуг, а также модернизировать производственные мощности.

 14 июня 2011 года председатель правления Евразийского банка развития предложил создать Фонд прямых инвестиций между ЕАБР или банками — членами межбанковского соглашения ШОС. В чем будет выражаться деятельность этого Фонда?

 У стран ЕврАзЭС и стран ШОС — очень большая повестка дня, в плане развития как базовых отраслей экономики, которые обеспечивают более эффективную свободу движения товаров и услуг, так и отраслей, производящих товары с высокой добавленной стоимостью. Представляется, что отраслевые приоритеты будут прорабатываться, но главным принципом отбора отраслей для деятельности этого фонда будет решение задач диверсификации экономик, повышения конкурентоспособности стран, которые станут привлекать эти инвестиции. Если за счет средств Фонда прямых инвестиций обеспечить расширение диапазона экспортной продукции Казахстана и других стран ЕврАзЭС, то перспективы в этом направлении открываются самые широкие. Наш фонд представляет значительный интерес с точки зрения привлечения инвестиционного капитала, поскольку далеко не все инвесторы, заинтересованные в различных инструментах инвестирования, имеют необходимые ресурсы, финансовые и интеллектуальные, прежде всего, для самостоятельной оценки возможных рисков по конкретному инвестиционному проекту, заказа консультационных исследований и прогнозирования различных вариантов развития событий.

У многих средних инвесторов таких возможностей нет. Более того, многие инвесторы из дальних стран зачастую плохо понимают конъюнктуру рынка конкретной страны инвестирования. Мы знаем, что Казахстан прорабатывает варианты привлечения инвестиций из арабских стран. Я допускаю мысль, что инвесторы из нефтедобывающих стран арабского Востока мало знают о динамике, о перспективах и возможностях казахстанской экономики. В этом плане Фонд прямых инвестиций может быть очень хорошим посредником, предлагая инструменты диверсификации и управлениям рисками инвесторов. Наш фонд вовлекает средних инвесторов в оборот проектного финансирования, привлекает дополнительные ресурсы, тем самым обеспечивая дополнительный стимул для экономик стран инвестирования.

 Какие крупные проекты Евразийский банк развития финансирует в Казахстане?

 Приоритетными отраслями финансирования Евразийского банка развития являются электроэнергетика, транспортная инфраструктура, агропромышленный комплекс. На 1 мая 2011 года объем инвестиционного портфеля нашего банка составил $2,526 млрд, на ту же дату на разных стадиях рассмотрения находились 36 инвестиционных проектов (включая утвержденные, но еще не подписанные) на общую сумму более $13,7 млрд. Размер предполагаемого участия банка составляет $2,69 млрд. В настоящее время у нас в процессе подготовки имеется ряд проектов в Казахстане. Это — проекты, связанные с развитием добычи золота, созданием металлургического производства, строительством новых ГЭС. В 2007 году мы одобрили крупный проект по финансированию реконструкции действующих производственных мощностей Экибастузской ГРЭС-2, а в 2010-м — проект строительства третьего энергоблока станции.

Модернизация действующих и строительство новых блоков на этом флагмане казахстанской электроэнергетики, принадлежащей казахстанскому АО «Самрук-Энерго» и российскому ОАО «Интер РАО ЕЭС», позволит снизить энергодефицит в регионе и станет важным элементом интеграции. Это — крупнейший проект в нашем инвестиционном портфеле, мы очень гордимся тем, что руководство Казахстана именно нам предоставило возможность профинансировать этот перспективный проект на сумму около $360 млн. На мой взгляд, для деятельности Евразийского банка развития в Казахстане имеются очень значительные возможности и перспективы. Модернизацию мощностей Экибастузской ГРЭС-2 следует рассматривать в связи с планами и заявлениями о развитии энергетического сотрудничества с южными соседями Казахстана, поскольку в советское время существовало единое энергетическое кольцо, по которому осуществлялось эффективное перераспределение электроэнергии.

Сегодня большой интерес представляет инвестирование в энергогенерацию с территории Кыргызстана и Таджикистана — на юг Казахстана. Несмотря на то, что Казахстан уже запустил в эксплуатацию мощную современную высокотехнологичную ЛЭП «Север — Юг», при передаче электроэнергии на большие расстояния, свыше 1500 км, потери весьма существенны — это происходит в любых сетях подобного размера. Это — очень большие расстояния, поэтому развитие дополнительных генерирующих мощностей севера Казахстана — как для внутреннего потребления, так и для экспорта электроэнергии в Россию — представляет большой интерес, прежде всего, для самой республики. В этом случае Казахстан решает сразу две энергетические задачи: повышения стабильности поставок электроэнергии на юг Казахстана, в наиболее динамично развивающийся регион страны, и увеличения экспорта в Россию.

Помимо этого, на территории Казахстана мы проинвестировали ряд крупных промышленных проектов, к примеру, осуществили финансирование горно-обогатительного комбината на месторождении хромитовых руд «Восход» в Актюбинской области — на сумму $60 млн, также мы финансируем проект промышленного освоения уранового месторождения «Заречное», который реализуют казахстанский «Казатомпром» и российский «Техснабэкспорт». Евразийский банк развития финансирует и менее масштабные проекты, связанные с закупкой сельскохозяйственной техники для казахстанских производителей зерна, созданием в Казахстане производства полного цикла по выпуску олова и развитием морского грузового транспорта в Каспийском регионе.

 Каковы взаимоотношения Евразийского банка развития с другими международными финансовыми институтами, такими, как МВФ, ВБ, АБР?

 Да, с нашими партнерами из международных финансовых организаций мы

Вернуться к списку

Мы используем файлы cookies, что бы учесть ваши предпочтения и улучшить работу на нашем сайте. Мы предполагаем, что, если вы продолжаете использовать наш сайт, вы согласны с использованием нами файлов cookies. Вы всегда можете изменить настройки своего интернет-браузера и отказаться от сохранения файлов cookies а на нашем сайте