Преодолевая трудности сообща (Казахстанская правда)

Общая сумма инвестиций межгосударственного Евразийского банка развития в экономики государств-участников составила 4,7 млрд долларов (по состоянию на 31 марта т. г.), при этом доля Казахстана составляет почти 40% от общего кредитного портфеля.

Такой высокий уровень кредитования установился практически с момента создания банка ровно 10 лет. И поддерживается все это время благодаря наличию в республике инфраструктурных и интеграционных проектов. Это подтвердил в интервью нашей газете и председатель правления банка Дмитрий Панкин во время своего недавнего посещения Алматы. Здесь, как известно, находится штаб-квартира ЕАБР, который был учрежден по инициативе президентов Казахстана и России.

— Дмитрий Владимирович, у банка с учетом сложностей, переживаемых в его странах-участницах, тоже, наверное, непростой период. Довольны ли вы результатами года?

— По результатам года банк показал плановый убыток. Поэтому говорить о том, что мы удовлетворены результатами, сложно. Есть две основные причины такого положения дел. Первая — объективные сложности: существенное падение темпов роста и сокращение экономик нашего региона, снижение внутреннего спроса в силу падения нефтяных цен. Вторая — кредитная политика банка, которая велась предыдущей командой менеджмента: недостаточно тщательный подход к отбору проектов, не очень эффективная работа с проблемными кредитами. Поэтому в прошлом году нам пришлось доначислить дополнительные провизии — отсюда и убыток.

— Казахстанский кредитный портфель — самый крупный по объему кредитования банком. Насколько он рентабелен и стабилен?

— Он устойчивый и стабильный. По состоянию на 1 апреля текущего года на Казахстан приходится 36,9% от общего инвестиционна в шести государствах — участниках ЕАБР. А объем текущего инвестпортфеля составляет 2,3 миллиарда долларов.

— Итоги прошлого года заставляют банк ужесточать критерии отбора по проектам?

— Задача новой команды — сделать банк прибыльным. Безусловно. В отличие от коммерческого банка перед нами не стоит задача получать большую прибыль. Однако ситуация, когда банк закончил год с убытком в 143 миллиона долларов, недопустима.

С одной стороны, банк развития должен финансировать длинные проек­ты, социально важные, имеющие принципиальное значение для стран-участниц, их инфраструктуры. С другой — на первый план выходит критерий экономической рентабельности. Поэтому мы стали более жестко подходить к отбору проектов, перестроили весь проектный цикл. Также мы проанализировали ситуацию и выяснили, где раньше были допущены ошибки, почему выдавались необеспеченные кредиты и принимались в обеспечение объекты, которые не имеют рыночной ценности.

— Вы пересматриваете всю стратегию кредитования?

— Наши акционеры четко сформулировали позицию: приоритет — интеграционные проекты. В состав Евразийского банка развития входят несколько стран, поэтому наша задача — проекты, где пересекаются интересы нескольких государств, финансировать в первую очередь.

В настоящее время ЕАБР рассмат­ривает возможность участия в финансировании строительства автозавода полного цикла и технопарка по производству автокомпонентов в Казахстане. Акционерами проекта выступают казахстанская компания «Азия-Авто» и российский производитель легковых автомобилей АвтоВаз. У проекта есть сильные аргументы «за», но есть и сомнения. «Азия-Авто» — крупнейший дилер автомобилей в Казахстане, хорошо знает ситуацию на рынке. Если они входят в этот проект, значит, уверены в его успехе. Еще один аргумент «за»: проведенная девальвация и падение заработной платы создают более благоприятные условия для производства автомобилей в Казахстане. Банку же при подборе проекта для кредитования надо убедиться в том, что проект будет востребован рынком через 2–3 года.

Также банк рассматривает возможность участия в проекте, который позволит увеличить товарооборот между РФ и Казахстаном. Речь идет о сырье для металлургических комбинатов. Есть и другие проекты на рассмотрении.

— Много писали про неспособность обслуживать свои обязательства компанией «Иволга-Холдинг». Есть ли еще проблемные займы в Казахстане?

— Выяснилось, что у «Иволги» нет ни денег, ни зерна. Помимо этого, у банка есть еще один проблемный кредит — он был выдан на строительство завода по очистке нефтяных цистерн. Сейчас завод представляет из себя бетонные конструкции в пустыне, где нет оборудования, и обслуживать этот проект учредители не могут.

Возникли проблемы по нашему основному проекту в Казахстане — Экибастузской ГРЭС. К нам они обратились с письмом о том, что финансовые потоки не позволяют в должном объеме обслуживать кредит. Произошло падение спроса на электроэнергию, поэтому был остановлен один из блоков. К этому проекту мы более спокойно относимся, поскольку есть двойная гарантия, как с российской, так и с казахстанской стороны.

— Есть ли у ЕАБР казахстанские партнеры, которые помогли бы с оценкой местных бизнес-планов и при желании выступили партнерами по их финансированию?

— Традиционно все банки развития привлекают экспертов для консультаций. ЕАБР тоже обращается к услугам независимых консультантов, которые не связаны с инициаторами проектов. Мы выстраиваем работу по взаимодействию с другими банками развития. В основном это проекты, связанные с Евразийским фондом стабилизации развития. Как правило, по таким проектам мы работаем вместе с Всемирным банком развития, с Азиатским банком развития. В Казахстане мы обсуждаем возможность совместной работы по реализации проекта кольцевой дороги вокруг Алматы. В нем участвуют несколько банков развития, в том числе и АБР. По проекту в Экибастузе мы работаем с Банком развития Казахстана.

На будущее считаю важным выстраивать партнерские отношения с коммерческими банками, которые присутствуют на местах, а потому лучше знают ситуацию. Здесь важно объединить наши преимущества. У ЕАБР — длинные деньги, высококвалифицированные эксперты, слаженная команда, которая может проанализировать проект. Но у нас нет расчетно-кассового обслуживания клиента, как, например, у местного коммерческого банка.

— Банк может диверсифицировать риски?

— ЕАБР может, кроме кредитования, участвовать, например, в капитале. Такие примеры есть в России. В Казахстане мы обсуждаем вход ЕАБР в проект, связанный с реконструкцией астанинского аэропорта. Одна из опций — участие в капитале.

Еще один инструмент — выдача гарантий. Пример — проектная компания «Курылыс». У нее есть проект реконструкции завода «ЗапСибНефтехим» в Сибири. Сейчас мы ведем переговоры о выдаче гарантии на большую сумму. На будущее мы рассматриваем возможность такой опции, как перепродажа действующего проекта или структурирование его под выпуск облигаций. Это типичная схема для инвес­тиционных банков, которые «упаковывают» активы, а потом их продают.

— Есть ли необходимость в докапитализации банка?

— Мы обсуждали этот вопрос с нашими учредителями. Но в ближайшие год-два говорить о докапитализации банка преждевременно из-за экономической ситуации в странах — участницах ЕАБР. Напомню также, что раньше было принято решение о формировании капитала до востребования. Это, по сути, является гарантиями учредителей по возможным обязательствам банка. Это существенное подспорье для нас.

Также хочу отметить, что даже при падении кредитного портфеля существующего капитала в 1,5 миллиарда долларов в принципе достаточно. Денег, которые лежат в казначейском портфеле, у банка примерно 1,2 миллиарда долларов. Мы можем привлекать с внешнего рынка деньги, размещать в евробонды, но такой потребности нет. Пока нет большого набора проектного портфеля, и у нас достаточно много свободных денег.

— Некоторые говорят об «усталости» Казахстана от ЕАЭС. А как вы в целом расцениваете интеграционные процессы, происходящие в рамках союза?

— По данным Центра интеграционных исследований ЕАБР, поддержка ЕАЭС населением Казахстана составляет 80%. Это один из лучших результатов по странам — участницам ЕАБР. На наш взгляд, интеграционный процесс уже дает видимый результат.

Например, отменены многие таможенные барьеры, есть прогресс в унификации санитарных норм. На повестке дня — техническое регулирование, нетаможенные барьеры, единый рынок лекарств, единые подходы к пенсионному обеспечению. Это очень важные шаги, которые окажут существенное положительное влияние на экономические процессы в наших странах. Да, интеграционный процесс идет непрос­то. Много споров, дискуссий. Но это нормально для такого сложного процесса.

— Недавно вы позитивно отозвались о проекте Шелкового пути, сказав, что он даст новый импульс экономическому росту на евразийском пространстве. В чем вы видите позитив?

— Шелковый путь для нас — серьезнейший вопрос интеграции интересов Китая и наших регионов. И созданный Фонд Шелкового пути Азиатского банка инфраструктурных инвестиций — это элементы успешного взаимодействия с Китаем. Уже есть успешные проекты. Например, Хоргос. А в перспективе — создание логистического центра под Астаной. И сейчас мне кажется наиболее перспективным поиск проектов, которые могут реализовываться параллельно с интересами китайцев.

Завершая нашу беседу, хотел бы подчеркнуть, что руководство Казахстана ставит амбициозные цели. Для их реализации у страны есть все необходимые ресурсы. Казахстан успешно борется с кризисными явлениями. Заслуживает внимания тот факт, что экономическая политика страны направлена на активное развитие крупных индустриальных и инфраструктурных проектов. Стимулирование экономики благодаря наращиванию инвестиций, в том числе и частных, позволит создать более разнообразную структуру производства и экспорта. Это будет способствовать большей устойчивости экономического развития.


Источник: Казахстанская правда, http://www.kazpravda.kz/fresh/view/dmitrii-pankin-preodolevaya-trudnosti-soobshcha1/

 

Вернуться к списку