Июнь 2018. Страны ЕАБР: в поисках новых драйверов роста

07 Июня 2018

Первая половина 2018 г. наглядно продемонстрировала значимость глобальных рисков, связанных с ростом протекционизма. Усиление торгового противостояния США с ЕС и Китаем создает существенные риски для продолжения повышательной динамики мирового роста, что для стран ЕАБР влечет дополнительные риски, связанные с возможной коррекцией цен на энергоносители. Помимо внешнеэкономических рисков, вызовом для стран ЕАБР в растущей степени становятся исчерпание прежних драйверов роста и необходимость поиска новых резервов для активизации динамики экономики.

В условиях достижения рекордно низких уровней инфляции, а также приближения ключевых ставок центральных банков крупнейших стран ЕАБР к своим нейтральным значениям потенциал стимулирования экономической активности за счет импульсов денежно-кредитной политики сократился. Возобновление волатильности обменных курсов, а также сохранение среднесрочных инфляционных рисков (высокие инфляционные ожидания) создают дополнительные ограничения для монетарного стимула в краткосрочной перспективе. В этих условиях для большинства стран ЕАБР обостряется необходимость изыскать дополнительные источники роста, которые позволили бы воспользоваться благоприятными факторами внешней конъюнктуры и укреплением интеграционных процессов в евразийском регионе.

Одним из возможных направлений макроэкономической политики в этих условиях может стать некоторое смягчение бюджетной политики. В течение текущего года обозначилась перспектива усиления бюджетного стимула на фоне анонсированных в России новых майских указов президента о дополнительном финансировании ряда приоритетных отраслей экономики, прежде всего связанных с развитием человеческого капитала. По оценкам Минфина РФ, дополнительные расходы до 2020 г. могут составить до 8 трлн рублей. В Казахстане также на фоне роста цен на энергоносители наблюдается рост расходов – в I квартале 2018 г. на 13,5% г/г по сравнению с практически нулевым ростом за аналогичный период предыдущего года. При этом опережающими темпами растут расходы на социальное обеспечение (почти 20%), прежде всего на здравоохранение (23,6% г/г).

Тем не менее использование бюджетного рычага в стимулировании экономического роста также упирается в ряд ограничений, в числе которых действие бюджетных правил в странах – экспортерах нефти, таких как РФ, а с другой стороны необходимость сокращения государственного долга, как в случае с Беларусью и Арменией. Существенный рост расходов на фоне роста сырьевых цен может также привести к усилению зависимости экономик стран региона от волатильной динамики мировой конъюнктуры. Таким образом, поиск дополнительных двигателей роста стран ЕАБР приводит к необходимости использования мер по повышению эффективности экономики, роста производительности труда и улучшения инвестиционного климата.

В этом отношении следует отметить, что в течение последнего года страны ЕАБР активно принимали стратегии и программы среднесрочного и долгосрочного экономического развития. Особенно активно данный процесс развивался в Казахстане, где был анонсирован целый ряд программ. В 2017 г. продолжилась реализация программы индустриализации, принята комплексная программа «Цифровой Казахстан». В 2018 г. утвержден комплексный Стратегический план развития Республики Казахстан до 2025 г., который направлен на обеспечение качественного и устойчивого роста экономики, с целью повышения благосостояния людей до уровня стран Организации экономического сотрудничества и развития. В марте 2018 г. президентом РК озвучены пять социальных инициатив, которые включают в себя инициативы в области увеличения доступности ипотеки, а также высшего образования, снижение налоговой нагрузки для наиболее уязвимых слоев населения, расширение микрокредитования и газификации экономики страны.

В России Министерство экономического развития готовит меры по улучшению бизнес-климата – по данным РБК, план «Трансформация делового климата» будет содержать 14 направлений, в том числе защита прав собственности, развитие человеческого капитала, наращивание производительности труда, совершенствование корпоративного управления.

Потенциальным драйвером более высокого экономического роста в странах региона может стать снижение доли теневого сектора. По данным МВФ[1], доля теневой экономики в странах ЕАБР составляет: в Казахстане  – 32,8% ВВП,  в Кыргызской Республике – 30,1% ВВП, в Беларуси – 32,4% ВВП, в Таджикистане – 37,8% ВВП, в Армении – 36% ВВП, в России – 33,7% ВВП. Из-за отличий в подходах и методиках результаты оценок отличаются от расчетов статистических ведомств стран. По оценкам Комитета по статистике Казахстана, доля ненаблюдаемой экономики в 2016 г. составила 25,8% ВВП, в Кыргызстане – 23,8% ВВП (в 2015 г. без учета сельского хозяйства). При любом варианте расчетов уровень теневой экономики в странах остается высоким, однако сейчас есть все предпосылки для его сокращения. Снижение доли теневого сектора позволит стабилизировать бюджетные поступления, равномерно распределять доходы, стать важным фактором улучшения инвестиционного климата и экономической динамики в целом.

В условиях усиления глобальных рисков опора на внутриэкономические двигатели роста становится все настоятельнее для стран ЕАБР. Проведение преобразований, направленных на повышение потенциала экономического роста, оптимальнее реализовывать в условиях относительно благоприятной внешнеторговой конъюнктуры. Данные меры в дальнейшем также могут координироваться странами ЕАБР для использования синергии от экономической интеграции в регионе, которая становится одним из важных факторов роста в последние годы.



Вернуться к списку